Российская ассоциация политической науки, в соответствии с планом международных мероприятий, разработанным Советом РАПН по международному сотрудничеству, провела в Казани международную конференцию "Ислам, конфликты, миротворчество". Конференция проводилась по согласованию с Администрацией Президента Республики Татарстан на базе Института государственной службы Республики Татарстан с приглашением экспертов из других университетов, научных и учебных заведений Татарстана.

В конференции принимали участие специалисты из 11 стран (Россия, Иран, Пакистан, Афганистан, Турция, Оман, Египет, Германия, Таджикистан, Узбекистан, Азербайджан) и ряда международных организаций (представительства ООН в Афганистане, Лиги арабских государств и др.). Участники от России включали экспертов из Москвы, Дагестана, Чечни, Татарстана.

Конференция проводилась РАПН совместно с Федерацией мира и согласия, Пагуошским движением ученых за международную безопасность и разоружение при поддержке Фонда им. Фридриха Эберта.

На конференции анализировалась роль исламских политических и религиозных сил как в возникновении, так и, преимущественно, в урегулировании региональных межэтнических, межрелигиозных и политических конфликтов. Была рассмотрена современная политическая ситуация вокруг урегулирования конфликтов в Ираке, Иране, Афганистане, на Ближнем Востоке, а также конфликтогенных очагов в Центрально-азиатском и Кавказском регионах.
Так, по словам завотделом социологии Института ИАЭ ДНЦ РАН Абдулагатова З. города Махачкалы, одним из важнейших требований эпохи глобализационных проблем является достижение организационного единства российского ислама. Вопрос «Для чего это надо?» – не риторический. «Так,- продолжает З. Абдулагатов, известный исламовед,- Алексей Малашенко считает, что так удобнее отслеживать ситуацию в среде верующих и контактировать с их лидерами. В то же время, консолидация на конфессиональной основе необходима, когда религиозные меньшинства «ощущают мнимую или истинную угрозу своим правам и своему статусу, а призрак такой угрозы в России существует». Естественно, что российский ислам должен видеть свою модель отношений с государством преимущественно в защите своих законных прав, в формировании среди верующих высоких идеалов исламских ценностей, способствующих к адекватной адаптации мусульманина в условиях глобализационных перемен, в консолидации мусульманского сознания для решения общих проблем.

З. Абдулагатов считает, что сегодня нет организационного единства российского ислама. Одна из причин - отказ государственной власти от идеи создания всероссийского муфтията, поскольку определить самого главного российского Муфтия невозможно, хотя бы в силу различий между кавказской и татарской общинами. С другой стороны, отсутствие единого органа российских мусульман облегчает государству проведение своей политической линии, например в противодействии исламским радикалам на Северном Кавказе. Среди внутренних факторов, играющих наиболее отрицательную роль в объединении исламских центров России – это амбиции мусульманских духовных лидеров – субъективный фактор, и имеющиеся различия в исламских традициях между исламскими общинами России, – объективный фактор.

Северокавказский как и приволжский ислам опираются на единый Коран и Сунну, но различие в мазхабах – это различия в явлениях, а не в сущности, тем более, что в исламе устоялось мнение о том, что ни один суннитский мазхаб не обладает преимуществом перед другими. Другое дело – личные амбиции лидеров. Именно по их инициативе начали дробиться исламские общины постсоветской России, что происходило в основном в национальном разрезе. Ислам стал активно использоваться для достижения этнических целей. Даже в Дагестане, в котором ислам преимущественно представлен шафиитским мазхабом суннитского ислама, реальный раскол произошел не в конфессиональном, а в этническом разрезе, что до сих пор мешает решению религиозных проблем исламской общины республики. Потому, главным фактором раскола остается борьба за власть.
И, если выбрать золотую середину, можно согласиться с мнением Нафигуллы-хазрат Аширова «о создании дееспособного, коллективного меджлиса или «Шуры» (Совета) улемов, который объединил бы в себе интеллектуальную элиту, религиозно-грамотных представителей мусульманства, ученых, даже, может быть, некоторых политиков, неравнодушных к сегодняшнему состоянию российской уммы».

Опубликовано: 07/03/2008 : 23:34
Обновлено: 07/03/2008 : 23:34
Категория: АНАЛИТИКА
Страница просмотрена 36 раз

 Предпросмотр печати      Версия для печати